Борис Акунин: Всякая проблема – это неправильно понятая помощь судьбы
Борис Акунин: Всякая проблема – это неправильно понятая помощь судьбы

фото: Е. Люлюкин

Русский писатель, учёный-японист, литературовед, переводчик, общественный деятель - Борис Акунин, в эксклюзивном интервью «Доступному миру», рассказал о том, как сделать наше общество более толерантным к людям с ограниченными возможностями здоровья, и к их проблемам.


ДМ: Концепция журнала «ДМ», которую мы доносим до всех наших читателей заключается в том, что доступность среды, и толерантность общества к проблемам людей с ограниченными возможностями здоровья, гораздо важнее всех субсидий и льгот. И в связи с этим как Вы считаете, что необходимо предпринимать в нашем обществе, в частности людям, формирующим общественное мнение, и обычным не публичным гражданам, чтобы отношение к людям, кого жизнь лишила полноценных физических возможностей, становилось более толерантным?

БА: Отношение к людям, с которыми – скажем так – судьба обошлась сурово, является одним из главных критериев состояния общества. Чем выше уровень цивилизации и культуры какой-то страны, тем сострадательней ее граждане, тем больше они заботятся о всех, кто нуждается в помощи. И наоборот.
У нас, как все мы знаем, с этим дела обстоят неважно. Во-первых, на государственном уровне – у правительства всегда находятся более насущные проблемы. Мало выделяется денег, плохо обстоят дела с медицинской помощью, масса всякой лишней, унизительной волокиты. Но и общество, к сожалению, тоже не слишком отзывчиво. К сожалению, реалии таковы, что обычные люди никак не могут повлиять на государственную политику, но вот быть добрее и деятельнее нам вроде бы никто не мешает. Есть некоторое количество прекрасных волонтеров, я многих из них лично знаю. Но в масштабах страны их все равно катастрофически мало, и к тому же многие из них работают главным образом в Москве, а в столице и так положение лучше, чем в остальной стране.
Что с этим делать? Мне кажется, первое и самое важное – самоорганизовываться. Люди, у которых тяжелые проблемы со здоровьем и их родственники должны активнее создавать сообщества, прежде всего интернетные. Обмениваться информацией, поддерживать друг друга. Это нужно еще и для того, чтобы адреснее была финансовая и эмоциональная помощь тех, кто неравнодушен и хочет помогать. В масштабах страны таких людей много, просто они не всегда знают, кому помогать и чем конкретно. На Западе это называется public awareness - общественная осведомленность. Говорите громче, и вас услышат.
Еще одна важная вещь, которой нужно активнее пользоваться: у каждого направления такой деятельности должно быть свое «публичное лицо» - какой-нибудь хорошо известный и любимый многими актер, певец, в общем популярный человек, рассказывающий о проблеме и объясняющий, как можно помочь. В России такие люди есть, но это единичные явления. Извините, что длинно отвечаю, но очень уж большой и больной вопрос.

ДМ: Вы принадлежите к тому поколению, кто видел инвалидов, вернувшихся с ВОВ, и на самодельных платформах на подшипниках, и других примитивных средствах реабилитации, пытавшихся хоть как-то выжить. И вдруг в один день они все исчезли, как по мановению некой волшебной палочки. Были вывезены в спец лечебницы, чтобы не смущать общество победителей, напоминанием цены за эту войну. Скажите, вот такое спартанское, или даже варварское отношение к людям с ограниченными возможностями здоровья, которое стало не столь очевидно людоедским сейчас, но по сути не изменилось, что это? Недостаток культуры в обществе, или что?

БА: Во времена моего раннего детства, полвека назад, инвалидов войны – во всяком случае на улицах Москвы – уже не было. Их убрали раньше, «чтобы не портили вид». Это, конечно, одно из самых отвратительных деяний тогдашней власти. Она была жестока, чудовищно неблагодарна, бесчеловечна. Да и обычные граждане, которые спокойно к этому отнеслись, тоже хороши, чего уж там. Я думаю, что сегодня такое было бы уже невозможно. Все-таки мы стали несколько добрее.

ДМ: Что Вас впечатлило в разнице в отношениях к людям с ограниченными возможностями здоровья в России и странах развитых демократий?

БА: Я сейчас живу в Европе, да и довольно много езжу по миру. Верный признак благополучной стране – это когда в ней не «прячут» инвалидов, а, наоборот, всячески демонстрируют солидарность с ними и все время как бы твердят: мы вам рады, вам отведены самые лучшие и самые удобные места. Везде видишь специальные экскурсии для людей с ограниченными возможностями. Никто не стесняется детей с синдромом Дауна – наоборот, сейчас идет целая кампания за их интеграцию в общество. И, конечно, здорово, что люди охотно усыновляют и удочеряют больных детишек, даже очень тяжелых, из стран, где о них плохо заботятся. Всюду полно волонтеров, которые приходят к нуждающимся в помощи на дом, водят их гулять, помогают по хозяйству. Если это и дань моде, то, ей-богу, это очень хорошая мода. Вот бы и у нас такая завелась! Это кстати в значительной степени опять-таки зависит от «звезд».

ДМ: Четвертый вопрос о преодолении. По традиции журнала «Доступный Мир», известные люди рассказывают о своем личном опыте преодоления трудных, и зачастую трагических жизненных ситуаций. Что Вам лично помогает преодолевать жизненные трудности?

БА: Понимание того, что всякая трудность и всякая проблема, даже беда – это неправильно понятая помощь судьбы (как ни дико это прозвучит). Это судьба тебя испытывает, заставляет сдавать экзамен, и если ты справишься, ты станешь сильней, лучше и выше. Я неоднократно наблюдал это с близкими и знакомыми. Обрушивается вроде бы несчастье – тяжелая инвалидность, или несчастный случай, или рождается очень больной ребенок. И вдруг человек, который раньше честно говоря был так себе, словно расправляет крылья. Оказывается, что в нем есть невероятный запас силы, и воли, и мужества. А бывает, что таким тернистым путем приходят и к счастью. Я знаю такие случаи.
скачать dle 10.3фильмы бесплатно
Вадим Казаченко: В трудной ситуации необходимо опираться на свой внутренний стержень!
Вадим Казаченко: В трудной ситуации необходимо опираться на свой внутренний стержень!

Российский эстрадный певец, заслуженный артист Российской Федерации Вадим Казаченко рассказал о толерантности к людям с ограниченными возможностями здоровья, и о своем личном опыте преодоления трагических жизненных ситуаций.


ДМ: Как Вы считаете, что можно предпринимать, чтобы отношение к людям с инвалидностью в обществе становилось более толерантным?
ВК: На мой взгляд, в нашей стране не только проблеме толерантного отношения к людям с ограниченными возможностями уделяется мало внимания, мы все знаем о проблемах нашей страны. Как раз отношение к людям с ограниченными возможностями и создание для них каких-то возможностей – это, конечно, больная тема у нас в обществе. В голову всегда приходит одна и та же вещь, что сначала государство, я имею в виду саму машину государственную, должно создать условия для жизни всех людей. И собственно говоря, чем лучше люди живут, тем больше у них появляется возможностей помогать другим. Я это знаю по себе, поскольку, когда в начале 90-х я начинал зарабатывать, у меня появлялась возможность помогать родственникам, друзьям и родственникам родственников и так далее. Кроме морально-этических каких-то вопросов, это, прежде всего, вопросы материальные: создание каких-то удобств, пандусов, удобных заездов для тех, кто пользуется инвалидными колясками, создание возможности приобрести эти коляски или предоставлять их в пользование. Это все чисто материальная сторона, не смотря на то, что многие могут просто сочувствовать друг другу. Не имея материально поддержки, помочь кому-то иногда совершенно невозможно.

Как-то в фейсбуке, на кануне нового года, я опубликовал объявление по просьбе женщины. Она прислала письмо, в котором говорила, что у нее ломается инвалидная коляска, а возможности купить новую нет. Я перепечатал, конечно, ее объявление, хотя прекрасно понимаю, что в сети существует много людей, которые используют подобное в целях личного обогащения. Таких вариантов очень и очень много, я к этому еще раз хочу сказать, что это все становилось бы, на мой взгляд, гораздо лучше, если бы в общем уровень жизни людей в нашей стране становился выше. Мы все с этим сталкиваемся, например, что люди с не очень большим уровнем достатка, которые могут что-то иногда оторвать от себя, от семьи и от детей, они помогут друг другу гораздо быстрее, нежели люди, которые могут позволить себе иметь частные самолеты.

Сочувствия человеческого как-то всегда можно гораздо быстрее найти у тех, кому самим сложно жить. Я считаю, что здесь, конечно, в первую очередь идет вопрос общего уровня жизни, не декларируемого уровня жизни, который есть в статистике, а чтобы реально люди в нашей стране стали жить лучше, тогда у них и у государства, естественно, будет возможность создавать условия не только для тех, кто полон сил и здоровья, а и для тех, кто по каким-то причинам ограничен в своих способностях и возможностях.

ДМ: Столкнувшись с трудной жизненной ситуацией на что человек может опереться?
ВК: У каждого человека по-разному. Лично у меня есть какой-то внутренний стержень. Откуда он появился, я не знаю, поэтому в самых сложных ситуациях, я всегда старался и стараюсь, и так всегда происходило, что я спасаю себя сам. Все начинается изнутри себя. Конечно, кому-то требуется помощь извне, например услышать « у тебя есть силы», «ты можешь», «мы тебе поможем». Какая-то любая инициатива у меня всегда происходила изнутри. И я согласен, что возможно не каждому это дано и не у каждого это есть. И в таком случае, это твои близкие, твоя семья, родственники, это те, с кем ты шел по жизни, твои друзья, кто должен тебя поддержать. Вопрос этот конечно неоднозначный, потому что каждый из нас сталкивался в жизни с тем, что если у тебя вдруг что-то происходит, то, как правило, большая часть тех, кто был рядом с тобой в успешные, благополучные времена, могут исчезать.

Кто-то не способен видеть чужую физическую боль и моральные страдания и потому отстраняется от этого, а кто-то останется на месте и будет тебя поддерживать. Поэтому здесь нет никаких универсальных советов. Все зависит от того, как рос человек, как и кто его воспитывал, есть ли у него этот внутренний человеческий стержень. Остальное, конечно, зависит от самых близких, от того найдут ли они какие-то слова, действия для того, чтобы как минимум поддержать морально человека и дать возможность ему подниматься в любой сложной ситуации и продолжать жить дальше.

Дав в своей жизни сотни и тысячи концертов, у меня, как у артиста, всегда открыты двери для тех, кто не может себе позволить по каким-то причинам купить билеты, кто ограничен способностями свободно передвигаться. На моих концертах всегда организаторы по моей просьбе открывают двери для тех, кто хочет приехать, если позволяет концертный зал.

Прежде всего, мне хотелось бы сказать, что люди с ограниченными возможностями не одиноки, как бы им не казалось, что весь мир где-то далеко, отгорожен от них. Я желаю всем моральной твердости, твердости духа, желаю всем чтобы они нашли тех кто будет рядом с ними. И я всегда считаю, что нужно думать о самом лучшем и о самом добром. И не смотря ни на что, оставаться людьми и тянуться к самому светлому и хорошему. И хочу пожелать, чтобы государство, чиновники почаще обращали внимание на тех, кто стеснен в своих возможностях и помогали им!
Иосиф Пригожин к читателям DISABILITY TODAY
Иосиф Пригожин к читателям DISABILITY TODAY

В своей жизни я прошел непростой путь, и хорошо понимаю проблемы, с которыми сталкиваются люди с ограниченными возможностями здоровья. Сложности закаляют человека, и насколько человек выносливый, зависит от его силы духа!


Интервью с Иосифом Пригожиным можно прочитать на сайте издания DISABILITY TODAY, а так же в печатной версии журнала.
Copyright © 2008-2020 DISABILITY TODAY
Распространение контента разрешается при наличии активной ссылки DT All Rights Reserved.